Монотонным голосом он рассказывал, как юношу заманили в дом, как Брейди ударил его топориком и, наконец, как с жертвой покончили, задушив при помощи электрического шнура.

Брейди попросил Смита помочь в уборке помещения, а затем сказал: "Не уходи, побудь здесь. Прочувствуй, Дейв, всю тяжесть содеянного".

Потом Иэн и Майра занимались любовью, а изувеченное тело Эдварда Эванса лежало почти рядом.

Кладбище среди болот

Полиция почувствовала, что за звонком Смита кроется нечто более серьезное, чем просто желание досадить другому. Подъехав к дому на Уордп Брук авеню, полицейский Боб Тэлбот надел белую униформу местного хлебопека, взял у него несколько буханок хлеба и постучал в дверь под номером 16. Ответила Хиндли. Брейди в соседней комнате сидел на диване и писал письмо на работу, объясняя, почему его не будет в ближайшие дни: он сообщал, что сильно ушибся. В действительности же Брейди планировал поездку на "свое" кладбище среди болот, чтобы похоронить там очередную жертву.

Поздоровавшись с Хиндли, Тэлбот предъявил удостоверение полицейского и быстро прошел в дом. Хиндли пыталась преградить путь нежданному гостю, но Бренди, беспечно развалясь на диване, процедил сквозь зубы: "Лучше дай ему ключ!" В спальне офицер обнаружил тело молодого человека.

Брейди арестовали по обвинению в убийстве, а полиция допрашивала Смита, который рассказал, что Иэн хвастался, будто убил "еще трех или четырех". Трупы были захоронены на островке среди болот неподалеку от Манчестера. Тэлбот запомнил эти цифры, так как был уверен в их реальности. Он уловил в дерзких глазах Брейди и его развязных манерах черты опасного хищника.

Брейди изложил весьма неубедительную историю о том, как встретил подвыпившего Эдварда Эванса в манчестерской пивной, как молодой человек прицепился к нему и пришел в дом, где в результате пьяной ссоры и произошло убийство.

Следователь Артур Бенфилд прибыл в полицейский участок не только для того, чтобы раскрыть это преступление, но и с целью найти следы других подобных злодеяний подозрительной парочки.

Обыск в доме выявил записные книжки, которые содержали колонки сокращенных и закодированных слов. Удалось расшифровать такие термины, как метод, станция, пули, пистолеты. После тщательного расследования Бенфилд понял, что перед ним список способов, мест и орудий смерти. Но чьей смерти?

Через несколько дней, когда полицейские внимательно просматривали вещи в спальне подозреваемых, они наткнулись на разорванную школьную тетрадь с какими-то неразборчивыми записями. Это был список имен, ничего, видимо, не означающий, сделанный в моменты скуки. Но тем не менее Бенфилд прочитал все имена: Кристина Фостер, Джин Симпсон, Роберт Акворт, Джеймс Ричардсон, Джоан Кроуфорд, Гилберт Джон, Джон Берч, Фрэнк Уилсон, Алек Гинеас, Джек Полиш, Джон Килбрайд... Теперь следователю уже нетрудно было догадаться, что он держит в руках ниточку, за которой потянется цепь нераскрытых преступлений.

При более тщательном обыске полиция обнаружила в доме порнографические фотоснимки, на которых были засняты Брейди и Хиндли, где они позировали друг другу для своих альбомов. Нашлись и другие фотографии, запечатлевшие эту парочку на островке среди болот. Одна фотография особенно привлекла внимание следователя: Майра сидит на земле, устремив взгляд на торфяной холмик у своих ног. Как будто... как будто она смотрит в могилу.

Брейди затеял с полицией странную игру, рассказывая истории наподобие тех, которые раньше сочинял для Смита, чтобы создать иллюзию своей невменяемости. Он стал утверждать, что пошутил насчет других убийств, а имя Килбрайда в ученической тетради было именем старого приятеля. Полиция решила опросить все окрестное население.

Поскольку каждому хотелось принять участие в поимке таинственного убийцы, от помощников не было отбоя. Ценные сведения поступили от двенадцатилетней дочери соседки Брейди, которая сопровождала "тетю Майру и дядю Иэна" в их поездке на болота, чтобы "помочь им накопать торфа". Сообщение, поступившее из компании по аренде автомобилей, подтвердило, что 23 ноября у них брала машину Майра Хиндли. Именно этот день оказался последним в жизни Джона Килбраида.