Оргазм под стук колес

Скорый поезд Москва - Владивосток мчался по просторам Сибири. В одном из его служебных купе сидели проводницы, пожилая и полная Вера Петровна и ее напарница Марина. Если бы не униформа, ее скорее можно было принять за учительницу или врача. Это была красивая блондинка с приятными манерами, в прошлом библиотечный работник. Даже в дороге на этой канительной работе она постоянно следила за своей внешностью и всегда выглядела очень пикантно, а облегающая форма проводницы только подчеркивала изумительную привлекательность ее фигуры. Обслужив пассажиров, женщины заканчивали ужин и в молчании пили чай.

Внимательно присмотревшись к своей подруге, Вера Петровна спросила:

- Что, накатило? С ожесточенным выражением глядя в сумеречное окно, Марина кивнула. - Вижу. И кто? Тот из восьмого, что сел в Новосибирске?

- Он.

- Видный мужчина. Уже договорились?

- Да.

- Хорошо, - согласилась Вера Петровна. - В ночь я тебя подменю. Только не дури: будет предлагать деньги - бери. Сколько тебя можно убеждать.

Марина гневно взглянула на нее.

- Молчу, молчу, - замахала рукой Вера Петровна, хорошо зная, что за этим последует вспышка длительной обиды на нее.

Однако, собрав со столика посуду и направляясь в туалет мыть, укоризненно произнесла:

- В конце концов ты же не миллионерша какая-нибудь. Но Марина уже не слышала, находясь во власти все сильнее охватывающего ее возбуждения. Такое с ней периодически происходило раз в два-три месяца, и тогда семья, женская верность, деньги - все уходило куда-то в небытие и на поверхность выплывала одно неукротимое желание, совладать с которым она не могла. И она кидалась в него безоглядно, как кидаются в омут головой, зная, что другого выхода нет. Вот и сейчас, оставшись одна, она по привычке подкрасила губы, а перед глазами стоял пассажир из восьмого купе, широкоплечий стройный мужчина с цепким взглядом и решительным волевым лицом.

При первой же встрече безошибочным инстинктом женщины она сразу почувствовала в нем страстного, бесстыдного и неутомимого любовника, способного удовлетворить даже Мессалину. И инстинкт никогда не обманывал ее. "Должно быть еще в ресторане", - подумала она. Эротические сцены, одна соблазнительней другой, рисовались ей. Она достала металлическую фляжку с коньяком и сделала два небольших глотка. В таких случаях она всегда прибегала к его помощи: вино делало ее раскованной в любви. И в десять часов вечера, передав дежурство Вере Петровне, она с горящим от нетерпения взором поджидала любовника в спальном купе. На ней был один лишь халатик, застегнутый на две пуговки. Ночник слабо освещал крошечное помещение. Наконец он появился с небольшим свертком в руке.

- Тебя в коридоре никто не видел?

Боязнь постороннего взгляда и разоблачения заставляла ее не терять голову в критические моменты и быть предельно осторожной. Он снисходительно улыбнулся и обнял ее. Они страстно поцеловались, сгорая от вожделения.

- Я истомился от ожидания. Его рука скользнула под халатик и сжала грудь.

- А я давно уже мокрая. Раздевайся и не шуми, чтобы пассажиры за перегородкой не услышали.

В тесном купе рослому мужчине было неудобно, тогда она, сбросив халатик, принялась торопливо ему помогать. Вид обнаженного мужского тела ее ошеломил и привел в экстаз. Она опустилась на колени.

- Дай полюбуюсь.

Взяла в руку эрегированный член, помаструбировала его и прижалась к нему щекой.

- Сейчас я твоя рабыня. Тебе будет доступно все, но сначала грубо изнасилуй, изнасилуй в попочку. Если я буду сопротивляться, не обращай внимания. Я рабыня твоя, - намазала член кремом и подняла голову. - Ты понял меня?

Он не заставил себя ждать и сильными руками резко поднял ее с пола и повалил лицом на постель. Она начала извиваться, но неожиданная боль в шее заставила ее замереть. Боясь вскрикнуть, она вцепилась зубами в простынь и почувствовала, как ей раздвинули ягодицы и член начал медленно проникать в анус, наполняя тело сладострастием. Это заставило ее расслабиться и отдаться сношению.